Любую историю, будь то история страны, города, деревни, делают люди. Они строят города и заселяют их, создают заводы и фабрики. Они знают и помнят, с чего все начиналось. Вот только мы, потомки этих первопроходцев, не всегда пользуемся возможностью из первых уст услышать, как это было. Нам повезло: в редакцию позвонила усольчанка Калерия Перминова, предложившая рассказать, как 65 лет назад открывали хлебозавод на Ленинском проспекте. При ближайшем знакомстве выяснилось, что и сама Калерия Петровна – живая история, в памяти которой хранятся воспоминания почти вековой давности.

Кочевое детство

Появилась на свет девочка с редким именем Калерия 12 марта 1935 года в Иркутске. Мама Александра Степановна училась в университете имени А.Жданова, по окончании которого была назначена председателем сельсовета в Жигалово, где жила вся родня. Когда начались репрессии, сердобольные соседи ночью постучали в окно и предупредили: «Шура, уходи. Ночью тебя придут арестовывать». Той же ночью вместе с дочкой она уехала в Красноярск, где встретила мужчину, тоже в одиночку растившего дочь, двумя годами младше Калерии. И до 14 лет девочка была уверена, что Поликарп Макеевич и есть ее настоящий отец. В 1940 году в семье родилась еще одна дочка, и увеличившаяся семья поехала на север, где нужно было создавать совхозы.

– Приехали на пароходе в Игарку (первый советский город на вечной мерзлоте – прим. автора) в сентябре. Нас высадили, и мама прямо на земле постелила ватное одеяло и нас троих уложила спать. Утром просыпаемся, а всех снегом засыпало! – вспоминает Калерия Петровна. – Мама устроилась на почту, и ее отправили открывать почтовое отделение в рыболовецкой деревне Карасино. А там еще вообще ничего не было – ни школы, ни магазина. Для коренных жителей, мы их звали туземцами, построили дома, а они все равно жили в юртах. Потом стали привозить ссыльных: прибалтов, калмыков, они и заселили пустые дома. В нашем доме единственном радио было, и по утрам во время войны все приходили к нам слушать сводки с фронта. Рыбачить после ухода мужчин на войну стали женщины.

Глава семьи вернулся с войны в 1946 году, а три года спустя к трем дочкам добавился сын. Однако радость была недолгой, отец и муж вскоре умер, и в 1951 году Александра Степановна с четырьмя детьми приехала в Тельму, где жила ее родня и поселилась в доме на улице Ленина.

С четвёртой попытки

Окончив восемь классов, Калерия поступила в Иркутский кооперативный техникум Роспотребсоюза на специальность «Технолог хлебопекарного производства». Это был единственный выпуск, после которого техникум закрыли. 22-летнего специалиста направили в Усольский райпотребсоюз, там быстро подыскали место заведующей тельминской пекарней, где производили единственный вид хлеба – пшенично-обойный. А в 1959 году перешла начальником смены на Усольский хлебозавод, он находился в старом городе.

К тому времени построили новое здание, и обновленный завод предстояло открыть.

– Директор хлебозавода Калына Емельян Александрович  вызвал меня и говорит: «Девка, мы  с тобой сегодня поедем запускать хлебозавод. Запустим – будешь счастливая!». Вечером поставили на подводу бочку с дрожжами и поехали, – рассказывает моя собеседница. – До этого уже трижды пытались запустить завод, и ничего не получалось, все время что-нибудь ломалось. А в горкоме партии требовали открыть уже, наконец, завод, грозили снять директора с должности. Приехали. На четвертом этаже нового завода были мучные склады, по транспортеру подавали муку, и мукосей ее просеивал. На третьем этаже был дрожжевой цех и тестомеска. На втором этаже шло брожение, тесто выстаивалось, а на первом находилась печь. Дали мне для первого раза четырех работников, и мы всю ночь пекли в формах 700-граммовые булки пшенично-обойного хлеба. Так и запустили новый хлебозавод.

Хлеб продавали в городе и районе. Со временем начали делать мелкоштучную продукцию: булочки, батоны, халы, но в отдельном цехе. Белый хлеб пекли круглыми булками. А в формах – только основной хлеб, пшенично-обойный.

Опасное производство

После хлебозавода К.Перминова некоторое время работала на сользаводе, а в 1973 году снова сменила место работы, уйдя на Усольский клеевой завод. Трудилась инженером лаборатории, начальником смены в цехе, главным технологом, инженером по технике безопасности. Производство было взрывоопасным, так как кости обезжиривали легковоспламеняющимся бензином «Калоша». И курящих людей на производство не брали. Однако ЧП время от времени случались.

Однажды ночью возникла необходимость сварочных работ в цехе, где нагревали бензин, чтобы его парами обезжиривать кости. При такой загазованности в цехе сварка запрещена, но директор работы разрешил. И пришлось инженеру по технике безопасности ехать за помощью в пожарную часть, начальник которой тут же примчался на завод и устроил всем хорошую выволочку. Были и несчастные случаи.

– Когда клей выпаривают из костей, он поступает в вакуум-аппараты, там большая температура, и получается галерта – жидкий клей. Его сливали в бочки, закрывали и выкатывали из цеха консервации. Однажды наставили так много бочек, что работнице пройти негде было. И она пошла по бочкам. На одной бочке  провалилась крышка, и девушка упала в горячий клей. Выжила, но получила большие ожоги, – делится К.Перминова.

Одно время клейзаводом руководил будущий мэр города Леонид Белобородов. Калерия Петровна заметила, что начала разваливаться кирпичная труба сушильной печи. Для ремонта нужен специалист с вышкой. Но директор возразил: «Сами сделаем!». Инженер по технике безопасности запретила привлекать к ремонту заводских рабочих, и на следующий день директор лично забрался наверх и отремонтировал трубу. Хозяйственником, по словам бывшей коллеги, он был хорошим и заботился о людях. Когда опустели полки магазинов, на территории завода построили большую теплицу, где выращивали огурцы и помидоры для своих работников.

На клейзаводе, помимо основных обязанностей, моя собеседница была еще и председателем завкома, и внештатным работником СЭС, и вела занятия по гражданской обороне. Трудилась здесь до ухода на пенсию в 1990 году.

Большая семья

Предсказание директора хлебозавода о том, что Калерия будет счастливой, если запустит новый завод, сбылось. Вот так вместе с заводом она «запустила» и свое счастье. В 1960 году девушка вышла замуж за Анатолия Перминова, с которым познакомилась на танцах в ДК химиков. Жила она тогда в Тельме, и парень пешком провожал ее домой. Пара зарегистрировалась в тельминском постсовете в 1960 году. В том же году супруги получили квартиру от треста «ВТС», где муж работал сварщиком, в доме на улице Менделеева. Вырастили дочь Ирину и сына Андрея и прожили вместе 50 лет. Выходные проводили на любимой даче, ездили на Байкал, на рыбалку, по ягоды-грибы. Анатолия Ивановича не стало в 2011 году, с тех пор Калерия Петровна живет одна.

В свои 90 лет она все делает по дому сама, ходит в магазины, готовит. С интересом читает советскую художественную литературу, смотрит по телевизору душевные и юмористические передачи. В марте вся семья: дети, две внучки, два внука и пятеро правнуков, старшей из которых 14 лет, а младшему – два года, собрались вместе, чтобы поздравить маму, бабушку и прабабушку с юбилеем. А в начале января близкие приедут к ней, чтобы встретить Новый год – это давняя традиция семьи. Замечу, что мама моей собеседницы прожила 92 года, а значит, у дочери есть все шансы дожить до векового юбилея в любви, заботе и внимании родных людей.

Инна ПРОКОПЕНКО.
Фото из архива К.Перминовой.